Антон Скорик: Я создал эту компанию не для того, чтобы новые собственники обманывали людей


Громким скандалом, в который втянуты сотни обманутых клиентов, и уголовным делом о мошенничестве обернулась история одного из самых успешных в Приморье предприятий по производству и установке пластиковых окон. На проблемы с выполнением обязательств по договорам со стороны компании «Окна-Эталон» её клиенты начали жаловаться ещё в конце лета. К зиме накал страстей достиг апогея. Устав от бесконечных «завтраков», которыми кормили их менеджеры компании, клиенты так и не дождавшиеся своих давно оплаченных окон обратились в прокуратуру, а история попала на страницы СМИ.

 Сейчас за дело взялись правоохранительные органы, которым предстоит выяснить, куда ушли миллионы, собранные в качестве предоплаты с клиентов компании «Окна Эталон». Всяческое содействие правоохранительным органам оказывает основатель и бывший собственник компании Антон Скорик, который пролил свет на ряд важнейших деталей этой запутанной истории.

— Компания Окна-Эталон. Многомиллионный оборот в год. Более 15 лет на рынке. Тысячи клиентов и теперь банкротство.

— Сразу нужно отметить, что история не такая простая, как кажется на первый взгляд, и здесь действительно нужно разобраться, начав сначала.

В Приморье я был одним из первых, кто начал заниматься установкой пластиковых окон. В начале двухтысячных на них что называется «пошла мода» и появился колоссальный спрос. Компания росла, развивалась, мы заработали хорошую репутацию по всему Приморскому краю. Однако с годами этот рынок вырос, а объёмы заказов сократились примерно вдвое. С нашими мощностями, которые нужно было постоянно загружать, платить людям зарплату, рентабельность бизнеса снизилась практически до нуля.

— То есть решение продать компанию назревало давно и по вполне понятным обстоятельствам?

— Это бизнес и к таким моментам нужно относиться с пониманием. В январе 2019 года я объявил менеджменту, что не намерен более заниматься этим направлением, оно себя изжило поэтому компания будет ликвидирована. Однако руководство компании, в том числе Александр Громницкий, Евгений Евдокимов, Андрей Бурдюжа, Виктор Мельник, обратились ко мне с просьбой продажи им компании.

— Вы предвидели, что проданная компания может обанкротиться?

— Нет! Основным условием сделки по продаже компании было то, что покупатели не допустят ее банкротства. Финансовое состояние на апрель 2019 года (дата моего фактического выхода) требовало денежных вливаний для увеличения оборотного капитала, так как текущая задолженность по клиентским предоплатам превышала оборотные активы компании (запасы сырья) на 21,5 миллион рублей. Я предоставил при выходе эту сумму. К сожалению, как ей распорядились мне до сих пор не понятно. То есть в апреле компания ещё могла полностью выполнить все текущие обязательства перед клиентами, а через 9 месяцев уже не может, отсюда резонный вопрос — куда направили деньги?

— Одна из претензий нынешних собственников в том, что Вы в ноябре этого года якобы вывели залоговую массу, которая была одной из договоренностей сделки и не являлась собственностью компании. Прокомментируйте этот момент.

— По условиям сделки, до конца августа 2019 года покупатели брали на себя обязательства перевести мои личные поручительства перед кредиторами компании на себя, предоставив необходимые залоги. На мои неоднократные запросы о том, сделано ли это, я не получал ответов с августа. А в октябре мне пришло уведомление из банка, что компания допустила просрочку и банк требует досрочного гашения данного кредита. Обеспечением по нему являлось моё личное имущество. Кроме того, я был так же поручителем, как физическое лицо, не имея уже отношения к предприятию. В результате мне пришлось погасить порядка 13 миллионов этого кредита.

О чём это говорит? Проблемы у компании с выполнением своих обязательств начались ещё летом, однако менеджмент старался замалчивать эту тему.

— Новые владельцы компании заявили, что именно Вы заложили фугас в продаваемый бизнес, оставив его без оборотных активов, когда вывели около 70 миллионов на строительные проекты в 2014 году. Говорят, что у вас не получилось с кредитование стройки через банки и вы решили собрать средства с клиентов, заказывающих окна. Вы можете опровергнуть эти претензии по существу?

— Это очередная ложь, которая опровергается простой перепроверкой фактов. В 2014 году предприятие действительно располагало накопленной прибылью в серьёзных размерах, которую я реинвестировал в строительные объекты. Но накопленная прибыль и клиентские предоплаты это абсолютно разные источники. Клиентские предоплаты всегда обеспечены запасами сырья, во всяком случае так было при мне. Более того, даже если такое и предположить, то как компания жила ещё четыре года? Справлялась с текущими обязательствами? Однако если допустить какую-либо ошибку, уже через месяц все «ляжет». Бизнес ведь сезонный, и объём предоплаты кратно снижается каждую зиму.

Это наглядно проявилось после продажи мною бизнеса новым собственникам. Поэтому сейчас проще вводить людей в заблуждение, нежели признать свою неправоту.

— На встрече с заказчиками окон в администрации края 18 декабря Вы сказали, что составляете реестр, внося туда всех, кто авансом оплатил свои заказы до Вашего выхода из компании. Сколько фамилий в этом реестре? Когда и как вы намерены рассчитаться с этими людьми?

— Пока около 15 человек, большинство получили услугу, но не в полном объёме. Сейчас я отправил запрос в компанию на подтверждение этого реестра, ответа пока нет. Однако в любом случае, их количество несоизмеримо с теми, кто заключал договоры уже после моего ухода.

— На встречу с людьми 19 декабря в стенах Администрации Приморского края, пришли только Вы и представители власти. Почему нынешние собственники не стали встречаться?

— Вероятно, стыдно людям в глаза смотреть, к тому же внятного ответа о том, куда они дели деньги, когда и как их вернут пострадавшим — нет до сих пор.

— Всё-таки теперь в истории вопроса разбираются органы, но она в первую очередь про обычных людей. Что им делать в таком случае?

— Набраться терпения, скорее всего это будет долгая история, как я понимаю, связанная с распродажей активов предприятия. Однако людям нужно вернуть деньги, а виновных — наказать.

— Как вы оцениваете собственные потери в этой истории? Насколько они для вас серьезны?

— Морально, конечно, тяжело наблюдать, как разваливается некогда сильнейшее предприятие в отрасли, да ещё и с таким треском. Я создавал эту компанию не для того, чтобы когда-то новые собственники обманывали людей.

— Общаетесь ли вы напрямую со своими бывшими партнерами, которые стремятся переложить на Вас ответственность за обманутых клиентов компании «Окна-Эталон»?

— До недавнего времени общался и даже где-то пытался помочь, хотя формально мог просто отстраниться, так как у нас вместе с договорами купли-продажи компании, подписывалось заверение об обстоятельствах, в котором чётко были определены границы ответственности.

Но сейчас, когда они выбрали тактику перекладывания ответственности, я не контактирую с ними.

Фото: prim.opora.ru

Похожие новости